О репутации путинского режима уже и говорить как-то «не комильфо»: она умерла, и теперь смердит через телеэкраны. Она и раньше не отличалась приличиями, но с Путиным и его дружками еще какое-то время назад разговаривали, зажимая носы и споласкивая руки. Теперь – все. Бобик сдох окончательно. Его призраки в виде кобзонов и прочих «докторов-спасателей» еще пытаются артикулировать потусторонние смыслы из кремлевского астрала: кто – о «русском мире», кто – о «теории малых дел», но любому здравомыслящему человеку понятно: слушать или собеседовать с мертвечиной, выбравшейся из лубянского склепа, опасно для собственного здоровья и своей же репутации.
Система мечется между реализацией двух сценариев. Первый предполагает отстранение от власти «национального лидера» с последующим списанием на него всех грехов. Второй грозит миру ядерным апокалипсисом. И оба сценария плохи. В случае принятия первого («слива» Вовочки с объявлением новой «перестройки» под знаменами нью-либерализма), взбунтуются взращенные пропагандой «имперасты», и удержать ситуацию не получится. Лидерская «поляна» выкошена столь тщательно, что череда «смены портретов» неизбежна. Правда, дрожащая от предчувствия неизбежности «элита» получит шанс «отмыться, побриться и одеться в капрон», лишь частично утратив свои капиталы. Если же за основу примут горячую войну – шанса на выживание уже не будет ни для кого: ни для проворовавшегося путинского окружения, ни для «патриотов», ни для «западников», и даже тех, чья «хата с краю».
Россия не выдержит войну. Она обречена на поражение. Конечно, Путин со своим пацаньем сможет запереться в уральском бункере, откуда какое-то время обращаться к жителям ближайших уцелевших деревень, шутя про бабушкины гениталии. Но долго это не продлится. Страну попросту расчленят на несколько зон, которые подпадут под иностранные протектораты, а население ждут голод и нищета, не говоря уже о национальном унижении. Достаточно вспомнить историю с разгромом гитлеровской Германии…
Весь ужас сложившейся ситуации состоит в том, что оболваненное население не готово к неизбежности выбора. Внушение «от тебя ничего не зависит» не прошло даром: оно угнездилось столь глубоко, что парализовало волю народа, отравив общественный организм вирусом конформизма. Поэтому Кремль рассматривает народ не в качестве активного исторического игрока, а исключительно в роли пассивной жертвы. При таком катастрофическом раскладе остается только уповать на ту же кремлевскую мразь, в которой вдруг взыграет животный инстинкт самосохранения перед лицом жуткой альтернативы: «Уконтрапупить лидера или себя вместе со страной»…
