Проклятые сокровища Батьки Махно
18 января 2008 | dennizan | Литературное кафе | Версия для печати
Где находиться зарытый клад, никому не сказал ни батька, закопавший его вместе со своим помощником Левкой Задовым. Его вдова, скончавшаяся в Джамбуле,клялась грабителям, напавшим на нее незадолго до ее смерти в 70-х годах, что она не нашла клад на том месте, где они его закопали. Сам батька, как известно, скончался на руках своей жены и малолетней дочери в полнейшей нищете во Франции.
Возможно, клад выкопал и сдал в НКВД Ленька Задов, оказавшийся агентом этой страшной организации. Но тогда почему ни в каких рассекреченных архивах нет никаких напоминаний про этот многокилограммовый клад, который батька, его жена Галина, дочь Елена вывозили на телеги. До сих пор этот клад числиться на всемирной карте ненайденных кладов.
Сосланная в Джамбул, жена батьки Махно, будучи крайне необщительной женщиной,до самой смерти, похоже, раскаивалась, что связалась с этим человеком, каялась в своих дневниках, мысленно обращаясь к своим родителям, просилауних прощения за это.
Она ведь была 17-летней учительницей, когда батька Махно ворвался к ней в сельскую школу и начал громить и разбрасывать бумаги. Она громко и властно крикнула ему «Перестань» и ударила его, после этого началась ее странная власть над этим человеком. Думается, она действительносделала попытку найти закопанные сокровища. Ведь как только советская власть ей разрешила она съездила наУкраину, причем у нее там были активные помощники — племянник, который, в своей обширной переписки с дорогой тетей упоминает про то, чтодобивается реабилитации Галины и Елены, о том, что хочет организовать музей батьки, но не разу не пишет про клад. Могла ли вдова перепутать место, в это вериться с трудом, только после нападения и избиения это властная, суровая женщина стала «жаловаться на голову», по которой ее били грабители, требовавшие открыть им секрет клада.
Сейчас Галина Кузьменко и Елена Махненко лежат на джамбулском кладбище рядом, а вот еще один родной им человек — муж Елены, похоронен в другом месте. Это была воля его третий жены (Елена была второй), которая и стала хозяйкой в маленьком домике Елены Нестеровны после смерти. Она и показала все «богатства», оставшиеся после смерти обоих родственниц батьки Махно. И даже раздала часть из них всем желающим. В маленьком домике Елены, который она получила от строительной организации, где работала, был жуткий беспорядок, в мешках стояли французские журналы (Елена выписывала их из Франции по почте), а также какие-то галантерейные изыски тех лет. Страшные хлопчатобумажные халаты, калоши, мыло и т.д. В резной шкатулки — бусы, пластмассовые и стеклянные и тоже в огромных количествах. Вся мебель старая и разбитая. Как видно страсть запасаться в прок всякой шара-барой у женщин осталась из лагерей, где они «отсидели» за своего мужа и отца.
Не знаю я также, куда делась однокомнатная квартира в пятом микрорайоне старушки жены. После того как она писала Ворошилову и другим государственным деятелям, ей выделили квартиру, стали давать путевки в различные санатории и профилактории. Но после нападения, она, похоже, перебралась на житье к своей дочери, которая жила в своем доме со своим мужем — летчиком. Там она и умерла, унеся с собой тайну потерянных сокровищ.
Мое мнение, что женщина сознательно не открыла даже самому близкому своему человеку — дочери страшную тайну «кровавых сокровищ», собранных и реквизированных батькой и его командой у мирного населения незалежной Украины. Поскольку, изучив все письма и получив от третей жены Василия часть фотографий, я убеждена - его жена вполне могла пойти на это, поскольку, повторюсь, характера она была сурового, властного, ничего не прощающего. Она считала своим грехом то, что связала свою жизнь с пьяницей, убийцей и бандитом. Она прошла с ним его путь до конца, ездила с ним на его тачанки, побежала от красных войск в Польшу, затем во Францию. Но не простила ему ни безденежья, ни нищеты, ни болезни. И не жалела, когда он умирал в маленькой комнате во Франции. Возможно, она даже считала, что ей нет прощения, так даже не стала добиваться реабилитации от советской власти (это сделал для них ее украинский племянник).
