Необратимость. Как регионалы вели Донбасс к катастрофе.
События «Русской весны» в Донецке и Луганске стали неприятной неожиданностью для остальных украинцев. Но местные знают: история «Новороссии» началась задолго до весны 2014-го. Более 10 лет хозяева Донбасса вели регион к катастрофе и трагический финал был почти неизбежен.
Энергия распада
Год назад сторонних наблюдателей больше всего шокировала жестокость «ополченцев». Массовые избиения, вспоротые животы, пыточные в подвалах университетов – и всё это не в Сомали, а в относительно благополучной Украине. Откуда вообще взялись тысячи людей, готовых насиловать, грабить и убивать? Приехали из России, как живодёр Мильчаков? Вырвались из захваченных тюрем?
Были и такие. Но поначалу основную массу «ополченцев» составляли местные. Социальная база сепаратизма ковалась не в секретных лагерях ГРУ, а в грязных, депрессивных шахтёрских посёлках Донбасса, разграбленных Ефремовым и его пособниками. Первые «ополченцы» - вовсе не фанатики вроде тех, что вступают в Аль-Каиду. Бедными, опустившимися людьми без будущего двигала не идея, а энергия распада социальных институтов.
"В посёлке Горняк мужчину зарубили топором". "В Антраците женщину убили и бросили в лесополосе". "В Червонопартизанске один мужчина задушил собутыльника, а другой умер от того, что его пырнула ножом собственная жена". "В Ровеньках зарезали мужчину, который избил беременную". "В Красном Луче мужчина забил камнем собутыльника, а другие убийцы пытались спрятать труп женщины в посадке". "Луганчанин нашёл в своей квартире изуродованный труп". "Ещё одно убийство в Ровеньках". "В Вахрушево уголовник заколол ножом парня". "В Лисичанске мужчина убил собственного слепого отца". "В Свердловске женщина забила кочергой свекровь" . Это подборка новостей из Луганска и области за ноябрь 2013-го, когда в Донбассе ещё работали органы власти, а милиция худо-бедно ловила преступников. Но весной 2014-го государственные институты рухнули. Энергия распада, ничем более не сдерживаемая, выплеснулась на площади, где российские диверсанты уже раздавали автоматы всем желающим.
Желающих оказалось много. Кто был никем, тот стал всем. Грабить и убивать стало не только безопасно, но даже почётно – жертв сразу же объявляли «правосеками». За день на блокпосту можно было заработать больше, чем за месяц в шахте. Вот и вся нехитрая анатомия сепаратизма – не совсем понятная для внешнего наблюдателя и очевидная для местных.
Воспитание ненависти
Шокирующее впечатление производила антиукраинская истерия, охватившая Донбасс год назад. Запрет русского языка, десант бандеровских карателей – кажется, что этот бред жителям Донбасса внушили под гипнозом. Значит, российская пропаганда и правда способна вывихнуть мозги миллионам людей. Но те, кто наблюдал Донбасс изнутри, знают: никаких чудо-излучаетелей на Останкинской башне нет. Ненависть к Украине культивировалась здесь годами и весной 2014-го её просто прорвало.
Сейчас сепаратисты всего лишь повторяют идеологемы, придуманные политтехнологами Партии регионов ещё десять лет назад. Уже в 2004-м по местному телевидению крутили ролики о НАТОвской военщине и о том, что украинские фашисты обнесут Донбасс колючей проволокой. Тогда же в почву попали первые семена сепаратизма. Именно на Северодонецком съезде Партии регионов впервые заговорили об отделении Юго-Востока, а Луганский облсовет обратился за помощью к Путину.
С тех пор антиукраинские истерики устраивали здесь по любому поводу. Например, летом 2008-го в центре Луганска сожгли чучело министра культуры, который якобы приказал изъять из библиотек книги советских писателей. Книги разумеется, никто изымать и не думал, но ложь легко приняли на веру. Кстати, жёг чучело депутат горсовета Арсен Клинчаев. Тот самый, который в 2007-м открыл «музей жертв Оранжевой революции», а в 2008-м инициировал установку памятника «жертвам ОУН-УПА». Не удивительно, что в марте 2014-го именно он руководил захватом Луганской облгосадминистрации и призывал жителей Луганска вооружаться.
День Победы «регионалы» со временем превратили в мрачный милитаристский ритуал. По улицам Луганска каталась военная техника и маршировали реконструкторы с бутафорскими автоматами. Людей словно готовили к войне – причём не с восставшими из ада гитлеровцами, а с «западэнцами». Казаки – будущие «православные террористы» - и теборолись против «евросодома» задолго до «Русской весны».
Луганск, репетиция войны
Идеология «Новороссии» вызывающе нелепа. Но алкоголики тоже не сразу переходят на денатурат. К восприятию бредовых идей жителей Донбасса готовили годами, постепенно снижая планку здравого смысла. «С нами Ленин, Путин и Христос!» - вещали в 2010-м на пророссийском митинге в Луганске. В 2012-м депутат Луганского облсовета Родион Мирошник объявил украинцев «недорасой» - теперь он делает карьеру в ЛНР, в окружении Плотницкого, а воспитанные им люди сражаются с «хунтой».
Траектория катастрофы
Безумие, которое охватило Донбасс весной 2014-го, было неотвратимо – под вопросом были только сроки. Разграбление региона местными князьками, культивирование ненависти к Украине и заигрывание с сепаратизмом – всё это не могло закончиться хорошо. Те, кто внимательно следил за жизнью региона, видели проступающие черты Новороссии задолго до прошлогоднего мятежа.
Безусловно, в Донбассе были и здоровые силы, которые весной 2014-го как могли, пытались предотвратить катастрофу. Даже под угрозой физической расправы на площадях Донецка и Луганска собиралось рекордное число патриотов. Со стороны местные евромайданы казались слабыми, хотя это был пик мобилизации здоровых сил региона. Но переломить ситуацию они уже не смогли.
Когда к власти в стране пришли «донецкие», Украина взвыла. Массовые аресты активистов, избиения, использование титушек – такого откровенного хамства украинцы ещё не видели. А в Донбассе так жили всегда. Свой первый Майдан луганчане проиграли 24 августа 1998-го, когда митингующих шахтёров зверски избил и разогнал «Беркут» по указанию все того же Ефремова. С такой же жестокостью здесь подавляли оранжевые акции и в 2004-м. При попустительстве милиции сторонников Ющенко избивали железными прутами, молотками, битами.
В последующие 10 лет общественная жизнь Донбасса была полностью парализована – здесь царил политический мезозой. Узкая прослойка активистов, в которой действовало правило одного рукопожатия, выживала в условиях тотального прессинга. Даже аполитичный семинар по интернет-технологиям могла сорвать толпа титушек. Те, кому хотелось перемен, просто уезжали в Киев, Львов, Харьков – куда-нибудь подальше от мракобесия и безнадёги. Поэтому весной 2014-го оказалось, что спасать Донбасс некому.
«Новороссия», как Чужой из фильма Риддли Скотта, долго зрела внутри Донбасса, а потом проломила ему грудь и вырвалась на свободу. Носитель погиб, а монстр бросился на окружающих. Теперь, сожрав всё, до чего смог дотянуться, он оказался в ловушке (на языке Чужих – «в блокаде хунты»). Судя по всему, дни монстра сочтены – проект «Новороссия» с треском провалился. Но удастся ли реанимировать Донбасс – большой вопрос.
