Почему президентство Маккейна должно нас страшить ("The Financial Times", Великобритания)
25 марта 2008
С учетом прошлого опыта эта мысль может показаться невероятной, но, возможно, всего через несколько лет Европа и мир будут смотреть с ностальгией на администрацию Буша. Эта вероятность возникнет в том случае, если в ноябре США выберут президентом сенатора Джона Маккейна.
Годами США обеспечивали себе присутствие во взрывоопасных регионах в разных частях мира. Если Республиканская партия предложит для решения их проблем такого человека, то, можно сказать, что она приведет в действие детонатор.
Создаваемая Маккейном проблема связана с его идеологией, его политикой и, прежде всего, его личностью. Его идеологией - равно как идеологией его главных советников - является неоконсерватизм. В прошлом Маккейн считался старомодным консервативным реалистом. Сегодня роль реалистов в его команде чисто декоративна.
Руководствуясь отчасти своим горячим одобрением войны в Ираке, Маккейн более полагается на таких неоконсерваторов, как его близкий друг Уильям Кристол (William Kristol), редактор журнала Weekly Standard. Его главный советник по внешней политике - Рэнди Шунеманн (Randy Scheunemann), еще один ведущий неоконсерватор и основатель Комитета за освобождение Ирака (Committee for the Liberation of Iraq). Маккейн разделяет их веру в то, что Кристол назвал 'консерватизмом национального величия'. В 1999 г. Маккейн провозгласил: 'США - незаменимая нация, потому что мы доказали, что являемся величайшей силой добра в истории... Мы твердо намерены использовать наши ведущие позиции в мировых делах на благо человечества'.
Обещания прислушиваться к европейским союзникам Америки, данные во время визита Маккейна в Лондон на прошлой неделе, нужно воспринимать с большим скептицизмом. На самом деле, ничто не говорит о его готовности изменять по просьбе Европы какие-либо важные направления политики США.
Вторя неоконсервативной программе распространения демократии силой, в 2000 г. Маккейн заявил: 'Я буду вести политику под девизом 'отбросить государства-изгои'. Я буду вооружать, обучать и снабжать извне и изнутри силы, которые, в конечном итоге, сбросят режимы и установят свободные и демократически избранные правительства'. Маккейн выступает за нанесение удара по Ирану, если это нужно для того, чтобы не позволить ему разработать ядерное оружие, а в прошлом году его засняли поющим 'Bomb, bomb Iran' на мотив песни 'Barbara Ann' группы Beach Boys.
Маккейн в большей мере заражен ненавистью к России, чем американский истеблишмент в среднем. Кроме того, он испытывает особое сочувствие к Грузии и идее восстановления грузинского суверенитета над Абхазией и Южной Осетией. Он выступает за изгнание России из Группы восьми ведущих промышленно развитых стран и, как и Шунеманн, активно поддерживает идею о скорейшем вступлении Грузии и Украины в НАТО. Шунеманн даже обвинил государственного секретаря Кондолизу Райс в 'умиротворении' России. Расширение НАТО воплощает собой потенциал президентства Маккейна. Если грузины, невзирая на угрозу ответных мер со стороны России, сочтут, что в случае войны они могут рассчитывать на поддержку со стороны США, то у них может возникнуть соблазн начать боевые действия. Президентство Маккейна дало бы им прочные основания надеяться на поддержку США.
Политика Маккейна не вызывала бы такую тревогу, если бы не его печально известная особенность - приходить в ярость при подозрении на оскорбление его самого или его страны. Даже сенатор-республиканец Тэд Кокрэн (Thad Cochran) сказал: 'С тех пор, как я здесь, мне не приходилось видеть президента с таким темпераментом'.
Несмотря на всю свою воинственность, президент Буш научился осторожно и дипломатично взаимодействовать с Китаем и даже Россией. Можем ли мы рассчитывать на то, что это произойдет и с Маккейном?
Маккейн - воплощение 'джексоновского национализма' (по имени Эндрю Джексона, президента США, боровшегося в XIX веке с индейцами) и шотландско-ирландской военной традиции, к которой принадлежат оба политика. Как демонстрирует огромное мужество, проявленное Маккейном в северовьетнамском плену, и его достойные похвалы протесты против использования пыток силами США, он также обладает добродетелями этой традиции. Но стоит вспомнить о том, что ряд величайших катастроф ХХ века был вызван отважными, достойными людьми со страстным чувством национальной миссии.
Не только американские избиратели, но и правительства стран Европы должны в ближайшие девять месяцев задуматься о последствиях избрания Маккейна и о том, как они могут или не позволить администрации Маккейна вести поджигательскую политику или, если это необходимо, защитить Европу от будущих пожаров.
