Советское руководство было крайне заинтересовано в демонизации противника, ибо по признанию самого Сталина летом 1941 года они больше всего боялись, что РККА и население перейдут на сторону немцев, как это случилось в Прибалтике и на Запукре.
Отсюда категорические приказы партизанам из Центра нападать на немецких солдат, хотя всем было прекрасно известно, что за каждого убитого своего немцы убивают 10 случайных мирных жителей. Отказ подписать Женевскую конвенцию и расстрелы немецких пленных, после чего было сложно рассчитывать на гуманное отношение к советским пленникам, намеренное ведение боев в густонаселенных районах, что приводило к массовой гибели жителей, диверсии в тылу, сопровождавшиеся массовыми случайными жертвами - например, подрыв вместе с жильцами домов на Крещатике в Киеве в 1941 году, уморенные голодом 1 млн ленинградцев, которых просто не посчитали нужным эвакуировать и которые тихо умирали в своих промерзших квартирах, типа при этом "защищая колыбель революции".
Всё это поднимало градус взаимного озверения на такой уровень, когда человеческое отношение к противнику было уже невозможно, что и требовалось Сталину и Ко.
Тут вы Сергер опять впадаете в мифотворчество. Во-первых партизанская война была частью стратегии, которая была выработана еще в мирное время и база партизанских отрядов готовилась заблаговременно - т.е. партизанщина это не результат пропаганды.
По поводу военнопленных.
К сожалению есть в нашей постсоветской истории такая устойчивая традиция: всё, что было плохого и неприятного в советском прошлом происходит по вине Сталина, а всё хорошее и героическое — вопреки ему.
А в мифологии великой отечественной войны едва ли не самый часто повторяющийся миф — история о том, что, мол, германские войска и хотели бы хорошо относится к советским военнопленным — вот прямо мечтали, — но «негодяй Сталин» не подписал Женевскую конвенцию. Так что бедные солдаты СС плакали, но мучили попавших в плен солдат СССР, морили голодом, пытали, ставили эксперименты… ну, вынуждены были так поступать, вопреки своей мягкой натуре! Из-за Сталина, конечно.
Существует и второй вариант объяснений: в нём нацисты угрызений совести не испытывали, просто из-за отсутствия пресловутой подписи некому было за советских военнопленных заступаться. Кто должен был затупиться — не очень понятно: видимо, «мировое сообщество» и «цивилизованный мир» (в смысле Великобритания и США). А так — без подписи — мировое сообщество ничего не видело, не слышало и не понимало.
Увы, всё это не более чем миф. Причём миф донельзя паскудный.
Ещё в XIX веке тем самым «мировым цивилизованным сообществом» были выработаны правила обращения с военнопленными. Международные правила, кстати, общие.
Содержатся они в Гаагской конвенции от 1899 года. И подписали её все европейские страны, включая Германию и Россию.
В 1929 году эти правила были несколько изменены — в сторону предоставления военнопленным больших прав и обеспечения их защиты. Вот это и есть та самая Женевская конвенция. Подписана она была всеми европейскими странами, в том числе и Германией. СССР конвенцию не подписал, но ратифицировал принятые одновременно с ней правила обращения с ранеными и больными на войне.
То есть документ как таковой СССР, действительно, не подписал, но недвусмысленно дал понять, что согласен выполнять международные правила и законы по факту.
Так что с точки зрения международного права Германия (как подписавшая конвенцию сторона) была обязана выполнять её нормы в полном объеме. Согласие или отказ другой стороны (СССР) подписывать тот же документ при этом не имеет значения.
К слову, это выводы не современных юристов или коммунистически настроенных историков. Это слова адмирала Канариса
Даже, если и предположить, что отказ СССР от подписи делал «недействительной» Женевскую конвенцию, то продолжали действовать правила Гаагской. Её-то подписывали обе стороны!
И ещё: в самой Женевской конвенции содержалось положение о том, что подписавшие её страны обязуются соблюдать её правила вне зависимости от того, подписала ли страна-противник конвенцию или нет.
