Прибалтика: война без правил (1939—1945 гг.) Фрагменты из книги.
Агентура НКВД начала работать в Прибалтике задолго до того, как Латвия, Литва и Эстония стали частью СССР. 11 октября 1939 г. был издан приказ НКВД № 001223 “Об оперативных мерах против антисоветских и социально враждебных элементов”, на основании которого заранее готовились меры по выявлению и нейтрализации сил, способных оказать сопротивление политике советизации балтийских стран.1 Документ стал своего рода преамбулой к предстоящему размещению советских военных баз на территории балтийских государств. Размещение это проходило в соответствии с договорами между СССР и каждой из балтийских стран, но по сути являлось прямым следствием пакта Молотова—Риббентропа, согласно которому Прибалтика попадала в сферу интересов Советского Союза. Реализация этих договоров не обходилась без эксцессов. Партнеры упрекали друг друга в неуступчивости и желании “приобрести капитал”, а проще говоря, “нажиться” за счет другой стороны.
“В переговорах с нами по вопросам, связанным с пребыванием советских войск, литовцы заняли позицию беспрестанных проволочек и саботажа. Достаточно вспомнить, что переговоры по сравнительно маловажному вопросу о переходе границы воинами РККА тянулись три месяца, а переговоры по вопросам аренды и строительства для войск РККА, начатые 1 марта с. г., не завершены по сей день”, — сообщал, например, в своей записке от 2 июня 1940 г. временный поверенный в делах СССР в Литве Семенов В. С..3 Отдел прибалтийских стран НКИД СССР делал вывод: “Двухмесячные переговоры между нашим торгпредством и латвийскими правительственными органами <…> не привели ни к каким результатам. Латвийское правительство заняло непримиримую позицию в установлении для нас неприемлемых условий производства строительства и тем самым поставило его под угрозу срыва”.4 Столь же напряженно шли переговоры об аренде военных баз в Эстонии.5 Нарком обороны Ворошилов К. Е. в своем приказе от 25 октября 1939 г. предупреждал части РККА, что они вступают “на территорию чужой, суверенной страны”. Красная Армия собиралась в Эстонию, Латвию и Литву как за границу — не в кратковременный военный поход, а надолго. Поэтому хотелось произвести “хорошее впечатление”. Не случайно, например, перед вводом советских военных сил в Ворошилов К. Е. издал такую директиву: “Личный состав вводимых в Эстонию войск тщательно проверить, выделить для этого лучший рядовой состав, обеспечить самым подготовленным начальствующим составом, особенно комиссарским и политическим <...>. Войска хорошо обмундировать, обратив должное внимание на качество и пригонку”.6 Но несмотря на это, среди местного населения стала мгновенно распространяться информация об убогом виде советских пришельцев, о их “деревянных винтовках” и о “подвязанных веревочками” шинелях. Так массовое сознание в странах Балтии отразило отношение к факту советского военного присутствия.
