Тоска по «былому величию» играет злую шутку с большинством россиян, заставляя их смотреть на статус своей страны через толстые розовые очки. В этой иллюзорной реальности Россия продолжает вставать с колен и усиливать свое влияние в мире, в то время как экономические показатели говорят об обратном, а количество благосклонно настроенных к нам стран сужается до горстки маргиналов типа КНДР и Венесуэлы. В психологии для этого явления есть специальный термин — «синдром отрицания», который заключается в том, что человек подсознательно блокирует события или информацию, которые не может принять.
Не могут большинство россиян принять, что при их поддержке руководство допустило ошибку, которая стоила стране экономического благополучия и солидного международного статуса. Также сложно смириться с мыслью, что в мире Россию воспринимают не как сверхдержаву и гарант безопасности, а все чаще как непредсказуемого игрока. Например, недавно Президент РФ заявил, что им рассматривалась возможность использования ядерного оружия, если ситуация с Крымом начнет развиваться в нежелательном русле. Объективным фактом является то, что в последние годы подобные заявления мир слышал только из уст лидеров Северной Кореи. Уважают ли за это в мире КНДР?
Несмотря на то что Крым больно ударил по карману россиян и подорвал доверие к России на международной арене, в сознании большинства произошел всплеск великодержавных настроений. Так, в последнем опросе «Левада-Центра» две трети (68%) заявили, что Россия сейчас является великой державой, тогда как при более благоприятной экономической и внешнеполитической ситуации, в 2012 году, таковых было 48%. В лексикон простых людей вошли такие термины, как «геополитика» («присоединение Крыма» объясняется геополитическими интересами), «новый мировой порядок» или «многополярность» (Россия — архитектор новой системы), «национальные интересы» (ими оправдывается вообще что угодно).
Мне уже не раз попадались на глаза материалы, в которых «доказывалось», что нынешнюю систему лихорадит именно потому, что сейчас рождается новый мировой гегемон, способный стать противовесом влиянию и интересам Соединенных Штатов. Суждено выполнить эту миссию, конечно, России, которая взяла на себя бремя борьбы с однополярным миром. Или же новый полюс силы рисуют в виде коалиции развивающихся стран, видное место в которой, опять же, займет Россия.
Подобные мечтания не выдерживают проверки даже беглым сравнением масштаба включенности России и США в процессы принятия ключевых международных решений, не говоря уже о состоянии и потенциале экономик двух стран. Нелепо надеяться и на то, что нынешняя Россия способна диктовать свои условия Китаю, встав во главе группы развивающихся стран. Это у нас Китай до сих пор воспринимается как быстроразвивающийся гигант, преследующий сугубо экономические цели и благосклонно настроенный к политическим причудам Кремля. На деле же Китай давно дает понять, что созрел для «исполнения обязанностей» второго мирового жандарма, четко очерчивая при этом сферу собственных интересов. Если Россия в нее и входит, то вовсе не как главный приоритет, а лишь как одна из потенциальных возможностей. Никто в Пекине не собирается делать судьбоносную ставку на российско-китайский союз. Отсюда — разочарование россиян тем, что Китай не признал вхождение Крыма в состав России, заявил об уважении суверенитета Украины и даже выделил ей 3,6 млрд долларов кредита на проекты по замещению природного газа, помогая тем самым избавиться от газовой пуповины, связывающей эту страну с Россией. Притом что китайские инвестиции в Россию с начала 2015 года уменьшились на 8,2%. И если сокращение прямых иностранных инвестиций в Россию за 2014 год на 70% еще как-то можно объяснить происками Запада, то угасающий интерес Китая выглядит в глазах «продвинутого» обывателя по меньшей мере предательством.
Телевизионные головы весь 2014 год расписывали этому обывателю преимущества разворота России на Восток, посылая месседж: «не нужен нам Запад, у нас есть прекрасный партнер в лице Китая». В результате 81% россиян, согласно последнему опросу ВЦИОМ, заявили, что руководство Китая дружелюбно относится к России, поставив китайский режим на первое место среди остальных стран по уровню благосклонности. Даже лидер прошлых лет Беларусь оказалась позади КНР.
На деле же — и инвестиции Китай сократил, посчитав сотрудничество с нынешней Россией непредсказуемым, и экспорт китайских товаров в Россию в январе упал на 42,1%, а поставки российских товаров в Китай — на 28,7%. Видимо, немного поторопился гендиректор Российского совета по международным делам (РСМД) Андрей Кортунов, заявив, что Китай воспринимает Россию в качестве старшей сестры: мало того что не старшей, но и не сестры вовсе.
Интерес Китая к России ничем не отличается от интереса КНР к африканским или южноамериканским странам, богатым природными ресурсами. Сейчас в Россию идет всего 0,7% зарубежных инвестиций КНР — меньше, чем из ЕС, в 15 раз. Эта доля может несколько измениться, если контрольные пакеты акций российских стратегических нефтегазовых месторождений будут проданы китайцам. Но тогда мы, во-первых, рискуем стать полноценным сырьевым придатком Китая, а во-вторых, мало чем отличаемся от Африки, где в добычу полезных ископаемых китайцами вложено, по разным оценкам, от 9 до 12 млрд долларов, или от Латинской Америки (20–25 млрд долларов китайских инвестиций в отрасль).
Фантазии о лидерстве России в гипотетическом российско-китайском союзе разбиваются о первые же сравнения двух экономик. Китай уже стал первой экономикой в мире по паритету покупательной способности, обогнав американскую, а его доля в мировой экономике, согласно последним данным Международного валютного фонда, подскочила до 16,48% — против 16,28% у экономики США. Для понимания масштабов нашего отставания: доля России — 3,3%. Кроме того, Китай вышел на первое место в мире по количеству технических лабораторий на душу населения и по экспорту технологий; мы здесь, опять же, являемся заинтересованным импортером.
Можно, конечно, уповать на то, что китайские товары имеют репутацию некачественных, но с этим «пережитком» уже начали активно бороться. В конце прошлого года был утвержден 10-летний план под названием «Сделано в Китае-2025», который предусматривает оказание финансовой поддержки китайским предприятиям для повышения качества их продукции — в соответствии с европейскими, японскими и американскими стандартами.
С точки зрения перспектив роста преимуществом также обладает Китай. Согласно прогнозу аудиторской компании PricewaterhouseCoopers (PwC), Китай к 2030 году станет крупнейшей экономикой мира, а Россия переместится с 6-го места на 7-е, уступив Бразилии. Кстати, по этому же прогнозу из группы БРИКС только Россия будет терять позиции по объему ВВП.
Но если с экономической стороны преимущества Китая достаточно очевидны, то его растущая готовность брать на себя роль «второго мирового жандарма» остается у нас недооцененной. Тем временем в прошлом году Китай впервые принял активное участие в миротворческой миссии ООН в Африке, отправив своих военнослужащих в Южный Судан. А с выходом американского контингента из Афганистана взял на себя роль стабилизатора обстановки, организовав среди прочего переговоры между Пакистаном и Афганистаном.
Китай расширяет поле своего влияния и международной деятельности, в то время как Россия загнала себя в геополитический угол, ограничив круг своих интересов Украиной. На остальное ни сил, ни потенциала в ближайшем будущем не найдется. Так что если кто-то сегодня и может претендовать на звание «архитектора нового мирового порядка», то это Китай, а не Россия. Хотя, судя по всему, КНР вполне устроит роль «второго жандарма» с разделением полномочий с США, а не глобальная перекройка сложившейся системы.
У Китая, в отличие от нас, конфронтации с Америкой нет. И вступать в нее из-за интересов России он совершенно точно не станет. А вот Россия, продолжая отстраняться от Запада, рискует попасть в полную зависимость от китайских интересов, которые рано или поздно могут резко разойтись с нашими.
