Может ли капитализм быть с человеческим лицом.
О кризисе концепции социального государства в традиционно противопоставляемой нам «цивилизованной» Европе говорят давно, ещё с «нулевых». Винят во всём старение населения, возросшее качество жизни, наплыв иммигрантов из стран Ближнего Востока, и прочее, и прочее, и прочее. И вот уже в родной стране мы стоим перед крушением надежды на капитализм «с человеческим лицом». Положения Конституции, заверяющие сограждан о том, что законопроекты, ухудшающие их положение, приниматься не должны, рушатся под напором весьма своеобразной логики правительства, объясняющей ухудшение положения граждан в результате целого ряда мер. И самое удивительное, что многие граждане этой логикой проникаются.
Давайте разберёмся, что это за зверь такой, «социальное государство», является ли оным современная Россия.
Итак, социальное государство определяется Конституцией РФ через направленность политики на обеспечение достойной жизни и свободного развития каждого человека. Комментарий к этой статье настаивает на том, что главная задача социального государства – «достижение такого общественного развития, которое основывается на закрепленных правом принципах социальной справедливости, всеобщей солидарности и взаимной ответственности. Социальное государство призвано помогать слабым, влиять на распределение экономических благ, чтобы обеспечить каждому достойное человека существование».
Конституция предполагает «всеобщую солидарность». Это солидарность кого с кем? Хозяина предприятия с его работником? Капиталиста, который получает прибыль за счёт неоплаченного труда и того, кто этот труд ему может предоставить? Для того, чтобы солидаризироваться, у них должны быть общие интересы. Даже на нынешнем уровне благосостояния «не бедствуем», когда рабочий относительно стабильного предприятия, мелкий предприниматель или офисный работник может себе позволить отдых в Таиланде или Вьетнаме, трудно представить, что у всех вышеперечисленных способны появиться общие интересы с Абрамовичем, Вексельбергом или Дерипаской.
Помимо такой мифической «солидарности», в тексте предполагается опора на ещё более мифические при капитализме «принципы социальной справедливости и взаимной ответственности». Не знаю, кому как, но, по моему мнению, справедливость основывается на том, что человек не приравнивается к рабочей силе. Человек – это отец или мать, бабушка или дедушка, он должен иметь время и силы, чтобы быть со своими близкими. Человек – это турист или спортсмен, художник или певец, не профессионально, а в своё удовольствие. «Драмкружок, кружок по фото, мне ещё и петь охота» — это про него, про то самое «свободное развитие». Стоит ли говорить, что капитализм отрицает свободное и всестороннее развитие, потому что все эти «кружки» при капитализме – услуги, имеют, прежде всего, экономический смысл. Капитализм напрямую ориентирует человека на поиск в активе своих качеств и способностей одного уникального преимущества, его максимального развития и капитализации.
Вопрос «за счёт чего содержать» детей и пенсионеров, обвинения в пустых мечтах сторонников действительной, а не «фантичной» справедливости, спотыкаются о мнения самих же буржуазных экономистов. Например, Джон Мейнард Кейнс, тот самый, который спасал США от последствий Великой депрессии, считал, что, к концу 20 века рабочий день сократится до 1, 5 часов. То есть развитие производительных сил позволит ту стоимость, которую в тридцатых создавали за 8 часов, создать за полтора.
Анатолий Вассерман в одном из своих последних роликов приводит данные, что, если ориентироваться на уровень развития производительных сил, в пятидесятых один работающий глава семьи был в состоянии кормить неработающую жену, детей и пенсионера. Далее эрудит и политконсультант утверждает, что производительные силы с тех пор «хуже не стали», а это значит, что, если мы имеем проблемы с пенсионным обеспечением, то труд используется или глупо, или хищнически. С тем, что труд, при капитализме вообще, и в современной России, используется хищнически, нельзя не согласиться. Прибыль капиталиста создаётся за счёт неоплаченного труда. Чем больше доля неоплаченного труда – тем выше прибыль. А с тем, что каждый капиталист стремится к максимизации прибыли, даже самый завзятый адепт «Экономикса» спорить не будет.
И переход к страховой пенсионной системе, и регрессивная шкала взносов в ПФ, и бесконечные и безнаказанные махинации с пенсионными накоплениями – это всё показатели того, что социального государства не было у нас.
Мне могут возразить, мол, ладно – у нас, у нас и капитализм «неправильный», а вот как в благословенной Европе? Много написано про жизнь пенсионеров в Германии, поэтому, можно сказать, что капитализм везде одинаков с точки зрения отношения к человеку только как к ресурсу. Икона бодренького сухонького старичка, путешествующего по миру с фотоаппаратом наперевес – это ничтожно малый процент немецких пенсионеров. Для большинства хороший вариант в старости – это дом престарелых. Очень многие уходят на пенсию почти полностью больными и беспомощными. Помогать детям, естественно, нет ни сил, ни здоровья.
Дом престарелых – это коммерческое учреждение. Поэтому на «клиентах» — пенсионерах делают деньги. Содержание съедает пенсию почти целиком. На сайте «Такая Германия» можно найти интервью с пенсионерами, у которых нет денег для того, чтобы сделать друг другу подарки на рождество. Большинство пенсионеров, увы, не особо нужны своим семьям. Сейчас для того, чтобы облегчить содержание своих пожилых родителей, бабушек и дедушек, немцы отправляют их в дома престарелых в соседних странах бывшего соцлагеря. Например, в Чехию. Такое явление получило название «Oma-export» (бабушка на экспорт). Надо ли говорить, что это усиливает изоляцию пожилых, увеличивает разрыв поколений. Порядка четверти обращающихся за бесплатным благотворительным питанием в Германии – это пенсионеры. Так что в образцовых капиталистических странах социального государства тоже нет. Скажу больше, то, что называют «социальным государством» в рамках капиталистической системы невозможно в принципе. Потому что ни солидарности, ни справедливости капиталистическая эксплуатация не предполагает.
Масштабное сворачивание социальных программ, идущее сейчас по всему миру – это не кризис мифического «социального государства». Это буржуазная реакция. Это действия господствующего класса, у которого нет резона теперь, после крушения Советского Союза, маскироваться под доброго господина. Это, как они, господа, думают, демонтаж остатков социализма.
В нашей стране, по большому счёту, от завоеваний социалистической поры осталось два бастиона — юридический закреплённые пенсионный возраст и 8-часовой рабочий день.
Немного, о боюсь это скоро снесут.
